Основные направления деятельности центра “АрЛилия”

Исправление заикания у взрослых Исправление заикания у подростков

Коррекция заикания у дошкольников Лечение заикания у самых маленьких

Отзывы наших выпускников и их родителей

Морозов Алёша и вся его семья

Проблемы с речью у сына начались, когда ему было четыре года. Речь ухудшалась очень быстро. Сначала Леша протягивал первые сонорные согласные, через несколько дней появились клонированные звуки. Со временем проявилась периодичность, когда ему лучше, когда хуже.

К сожалению, мы не смогли вовремя найти специалиста, который смог бы нам помочь. Прошло шесть месяцев перед тем, как мы услышали первый раз о «Арлилии». За это время сын уже привык к своей речи, и не обращал особого внимания на запинки. В период ухудшения его было слушать довольно сложно. Из слов логопедов и из книг о заикании я поняла, что это заболевание неизлечимо.

О центре заикания я узнала сразу от двух людей. Обе были логопедами. Одна методикой ведущей руки не владела, но имела общее представление и советовала попробовать, она нашла адрес «Арлилии» в интернете. Вторая - логопед из областной поликлиники, куда нас направили, чтобы определить Лешу в санаторий, типа того, что находится в пос.Ивантеевка. Она училась на курсах у Л.З. Арутюнян и сама участвовала в эксперименте по внедрению методики ведущей руки на базе санатория. Обе очень советовали обратиться в центр.

Так как Леше в тот момент еще не исполнилось пять лет, нам пришлось ждать еще пару месяцев. Лечение проходило довольно ровно, но не идеально. Леша два раза нарушал режим молчания, и один раз говорил с запинками. Но все отклонения корректировались. Один недостаток мешал ему проходить курс более успешно. Его речь всегда была быстрее, чем разрешалось. Нам даже пришлось продлить сроки перехода на два и один пальца из-за боязни срыва. Прошло уже почти два года, речь моего сына стабилизировалась. Она неидеальна, Леша всегда торопится. Говорит быстро и иногда резко. Такова его особенность. Но, благодаря занятиям, он говорит без напряжения. В детском саду никто и не вспоминает, что Леша когда-то запинался. В общении мой сынишка не испытывает никаких затруднений. У него много друзей. Хотя мы не ходили в сад один год, занимались только по программе центра, отставания от программы сада нет никакой. В этом году мой сын идет в первый класс, и воспитатели, так же как и логопед, говорят, что он совершенно готов к школе.

Когда начинали, я думала, что все требования, предъявляемые для успешного прохождения курса восстановления речи, просто невозможно выполнить. Было нелегко. Я не работала, Леша был на домашнем режиме, дочь на первые несколько месяцев пришлось отвезти к бабушке. Это было необходимо, это была наша плата за здоровье и нормальную речь нашего сына. Было все: и слезы, и моменты счастья.

Постепенно я все более и более убеждалась в том, что мы сделали правильный выбор. Вера в чудеса всегда была присуща человеку. Но без активного участия самого человека это практически невозможно. А здесь работать надо всем: и ребенку, и родителям, и логопедам. Здесь сплетаются уникальность и мудрость методики, талант и высокая квалификация специалистов, любовь и усердие родителей, терпение, трудолюбие и дисциплина ребенка (в равной мере со взрослыми). Главным девизом этого центра для меня стала пословица «Терпение и труд все перетрут». Не надо плакать, не надо бояться, а надо «закусив удила» действовать. Делать через «не хочу» и «устала», через «надоело» и «бесполезно». Тогда придет успех.

В конце от всего сердца хочется поблагодарить нашего логопеда НИКИШИНУ Наталью Александровну за помощь, за поддержку, за профессионализм. И, наконец, хочу отметить дружелюбную атмосферу во всем центре. Приходя сюда, объединенные одной бедой, все - и стар, и млад становятся добрыми друзьями.

БОЛЬШОЕ ВСЕМ СПАСИБО! УСПЕХОВ В ВАШИХ НАЧИНАНИЯХ!

С уважением и чувством глубокой благодарности, Морозова Ольга Леонидовна, Леша и вся наша семья.

Санктис Нейтен и его мама Санктис Татьяна

Тихомиров Артемий и его родители: Итьен Елена и Тихомиров Сергей

Хотим начать со слов благодарности нашему логопеду Ракитиной Анне Эдуардовне за ее труд, терпение и переживание за каждого ребенка.

Наш сын, Артемий, начал заикаться в 4 года. Что этому послужило мы не знаем до сих пор. С детства он был очень эмоциональным ребенком и всегда его речь «обгоняла его мысли вперед». Начали появляться повторы первых слогов. Не сразу обратили на это внимание. Со временем это стало усиливаться и дети стали его передразнивать. Мы потеряли покой и стали думать, как от этого избавиться. Медикаментами однозначно лечить не хотели. Спасибо логопеду в нашем детском саду №628, она посоветовала обратиться в «Арлилию», рассказав об этой уникальной методике, которая ее самому очень потрясла.

До первого класса нам оставалось меньше года и надо было что-то делать. И в декабре 2009 года мы всей семьей пришли на консультацию к Анне Эдуардовне. Все, что мы услышали, нас очень поразило и первые мысли были, что мы не справимся – требования показались очень жесткие. Но проанализировав, насколько все это логично и последовательно, мы решились на лечение и потом не пожалели. Хотя некоторые наши родственники были против этой методики (особенно против режима молчания). Были вынуждены оставить садик.

В режиме молчания болтливому Артему оказалось очень комфортно. И когда настало время постепенного выхода из режима молчания, Артем не хотел этого делать. Самое сложное и «страшное» для него оказалось произнести первые звуки чужим людям. Поэтому первым собеседником у Артема была… Новогодняя елочка, после чего он заметно осмелел. В дальнейшем, все речевые тренинги и так называемые «приставания» к прохожим у нас выполнялись без особого затруднения. Бывало, что ленился, но магическая фраза: «Это задание Анны Эдуардовны», действовала на Артема положительно.

В 1-й класс Артем пошел на режиме с пальчиками. Было разрешено давать только ответ на вопрос учителя. И полное молчание на переменах. Вот тут ему было сложно, но мы старались. Подключили классного руководителя, за что ей большое спасибо. Во 2-й класс Артем пошел практически с нормальной речью, но по привычке все еще помогал себе пальчиками.

Сейчас, в классе Артем один из лучших учеников, он занимается в театральном кружке, ему дают большие монологи и преподаватели ставят в пример его громкую, четкую и уверенную речь. Свободно держится на сцене. Хотим отметить, что занятия с Анной Эдуардовной не только помогают избавиться от запинок, но и развивают ребенка в целом, помогают правильно мыслить и грамотно строить свою речь. В ноябре 2011 года Артем сдал экзамен, выступив со сцены на конференции перед полным залом профессоров и логопедов.

Еще раз выражаем благодарность нашему логопеду Анне Эдуардовне за все то, что она вложила в нашего сына. Низкий поклон от всей нашей семьи.

Мельникова Даша и её мама Сухецкая Ольга

Даша начала заикаться в 3 года. Чего мы только не перепробовали... И к бабке ходили, и обследования проходили (МПК «Прогноз»), и к психологу ходили, и на Таганку ездили в Центр патологии речи, но все было безрезультатно.

Когда я нашла в интернете информацию об «Арлилии», муж был категорически против, но я решила попробовать...

Мы начали заниматься в январе 2010г., сейчас ноябрь 2011г. (прошло почти 2 года), все позади, ребенок разговаривает без заикания и без запинок. Но все это далось нелегко.

Я заметила, что моя дочь изменилась, когда ее речь нормализовалась. Она стала более общительной, более уверенной, очень любит быть в центре внимания. В школе от учителя только положительные отклики.

Сейчас пишу отзыв, а у самой слезы на глаза наворачиваются, как тогда... в первый раз, когда зашла на сайт «Арлилии» и смотрела видео как дети говорили до занятий по коррекции речи и после.

Спасибо большое Лилии Зиновьевне Арутюнян, которая придумала и разработала эту программу коррекции речи! Спасибо логопедам, которые работают в «Арлилии»! И, конечно, большое спасибо Наталье Александровне - нашему логопеду, за поддержку, терпение и заботу!

С уважением, Сухецкая Ольга

Волков Олег и его мама Ковалева Елена

Отзыв ведущему логопеду Центра Коррекции Заикания "Арлилия" Ракитиной Анне Эдуардовне от благодарного ученика Волкова Олега и его мамы Ковалевой Елены.

У моего сына, Волкова Олега, в 4 года, в речи появились незначительные запинки, которые постепенно переросли в заикание. Он стал не общительным, замкнутым, говорить стал только при необходимости, старался все больше молчать. Мы пытались вылечить этот дефект медикаментозно - не помогло. Стали заниматься с логопедом-неврологом. Были незначительные улучшения, но затем ребенок стал заикаться еще сильнее. После того как все эти методы лечения не дали результатов, нас направили в Ивантеевский детский психоневрологический санаторий. После трехмесячного пребывания в этом санатории Олег практически перестал заикаться, были небольшие запинки в речи, но этого хватило на несколько месяцев, после чего заикание стало постепенно возвращаться и усилилось настолько, что он не мог выговорить без заикания ни слова. В день выписки из санатория мне там порекомендовали, если заикание вернется, обратиться в центр "Арлилия" , где нам помогут вылечиться от заикания навсегда, и так как лечение в санатории никаких результатов не дало я обратилась в этот центр.

Когда мы пришли с Олегом на консультацию в "Арлилию" нам сказали, что с этим недугом мы справимся в том случае, если мы будем выполнять все рекомендации логопеда, стараться и работать каждый день, направляя наши усилия на борьбу с заиканием. Так как много сил и времени было потрачено впустую, с Олегом мы пришли в "Арлилию", когда ему исполнилось уже 7 лет, мне не были страшны никакие трудности, которые нужно было пройти по методике Арутюнян (каждодневные речевые занятия, выступления на публике и т.д.), главное было огромное желание избавить ребенка от заикания.

После завершения лечения Олег стал свободно разговаривать, прошла замкнутость, он стал коммуникабельным и общительным мальчиком, у него появилось много друзей. Моему сыну сейчас 9 лет и никто не скажет, что он когда-то не мог выговорить ни слова без заикания. Мы победили эту болезнь.

Огромное спасибо нашему логопеду Ракитиной Анне Эдуардовне, которая вложила много своих знаний, сил, терпения и внимания моему ребенку. Благодаря ее высокому профессионализму мой сын может теперь свободно разговаривать и общаться. Спасибо центру "Арлилия" и высоким профессионалам, которые там работают и помогают справиться с этой болезнью взрослым и детям.

С благодарностью Волков Олег и Ковалева Елена

Мама Данилы П.

Отзыв логопедам Центра Коррекции Заикания "Арлилия" от благодарной мамы Прохоркина Данилы Прохоркиной Светланы.

Мама Никиты Ч.,г. Москва

Здравствуйте! Поздравляю Вас со всеми прошедшими праздниками!

И хочу поделиться Никиткиными успехами: с речью все хорошо(т.т.т.), во 2-м классе он был ведущим на 2-х концертах,за что и получил похвальную грамоту, никакого стеснения, речь отличная, свободная.

Очень активен в плане учебы, на уроках постоянно с поднятой рукой, отличник:), сейчас он в 3-м, за полугодие единственный отличник в классе.

Безумно благодарна Вам за все!

С уважением, Алла.

Расказ мамы Никиты П., г. Москва

Никита начал заикаться лет в 5 с половиной как-то постепенно и незаметно. Когда мы обратились, к логопеду в поликлинике она сказала, что это не заикание, а «запинки», которые пройдут с возрастом.

 

Так как Никита заикался не сильно, проблем с общением у него не было, мы действительно решили подождать. Через полгода мы опять обратились к логопеду в поликлинике. Нас опять успокоили что эти «запинки» пройдут, но предложили походить на занятия. Толку от этих занятий не было никакого.

 

Мы ездили на консультации к невропатологам. Нам выписали таблетки, которые мы пили неделю, но так как результата я не видела, пить их перестали.
Стали искать логопеда, который бы нам помог. Совершенно случайно, от знакомых узнали про Центр коррекции заикания Л.З.Арутюнян. Позвонили и нам дали телефон Ракитиной Анны Эдуардовны. Анна Эдуардовна пригласила на консультацию всю семью, проживающую с ребенком. Приехали, узнали про методику. Лично мне показалось, что целый год это очень долго по времени, т.к. Никита должен был идти в 1 класс, и я не представляла, как это все совместить. Никита ужасно болтливый ребенок и представить себе, что он будет молчать целый месяц, не мог никто ни папа, ни бабушка, ни я. Но дома мы посоветовались и решили попробовать начать занятия.

 

Оказалось, что режим молчания это самое легкое из всего курса. Никита замолчал сразу в первый день. Гораздо сложнее было соблюдать правильный темп речи. Никите всегда хотелось говорить быстрее положенного.

 

Самое сложное для нас было то, что занятия начались в мае, а сентябре Никита пошел в 1 класс. Отвечать домашние задания учителю в классе можно, а с детьми разговаривать нельзя.

 

В первое время Никита держался, но в начале 4 четверти я совершенно случайно узнала, что он стал разговаривать с детьми и появились запинки. Пришлось до конца учебного года перевести Никиту на домашнее обучение. Так как все обнаружилось во время, то Анна Эдуардовна довольно быстро вернула его речь в «норму».
Год занятий был довольно трудным и для ребенка и для нас родителей, но мы справились. Самое главное в этом методе, что он действительно работает.
Когда видишь результат, осознаешь что, твой ребенок не будет больше заикаться, то появляются силы работать до конца курса.
Сейчас Никита заканчивает 2 класс. Прошел почти год с окончания занятий. О заикании нет и речи.

 

Мы очень благодарны Анне Эдуардовне за ее труд. На занятиях ребенок не только избавляется от заикания, но и учится правильно выражать свои мысли, читать, считать, повышается его кругозор.

Рассказ мамы Антона С.

Это случилось, когда Антону только исполнилось 3,5 года. Ребенок был смышленым для своего возраста, болтал без умолку.

Мы были на даче, хорошо проводили время, и вдруг я заметила, что Антон начал повторять некоторые слоги. Сначала мы подумали, что это у него такая игра и пытались как-то «вразумить его».

Но мы ошиблись. Уже на третий день мы забили тревогу. У нас не укладывалось в голове, что наш ребенок стал заикаться. Мы не могли это принять. С этого времени начались наши злоключения. Друзья посоветовали поехать к бабушке, которая лечит испуг заговорами и молитвами. Бабушка, к сожалению, не помогла.

Тогда мы отправились в детскую поликлинику к невропатологу, который выписал разные таблетки и посоветовал покой. Сразу хочу сказать, что никакие медицинские препараты ребенку не давали. По совету педиатра отправились в Центр коррекции речи при РАН, детский областной диагностический центр, где провели комплексное обследование – никакой патологии не было найдено.

Мы стали обращаться за помощью ко всем, кто обещал излечить от заикания. Мы были у трех довольно известных экстрасенсов, которые делали пассы руками и что-то шептали; прошли курс у народной целительницы. И все это время душа моя сжималась от жалости к сыну, к себе: «Почему это произошло с моим ребенком? Что я делала не так?»

При этом мы выполняли каждый каприз сына, шли навстречу всем его желаниям. Он начинал нами умело манипулировать.

А день рождения Антона, его четыре года мы отмечали в Санкт-Петербурге, поскольку проходили курс в Центре коррекции речи. Группа 4-х и 5-ти летних детей была набрана впервые. Занятия были групповые, с родителями вела беседы психолог. За 3 недели, проведенные там, заикание никуда не ушло.

Еще мы ездили на консультацию в семейный реабилитационный центр г. Волоколамское, там нас не устроил метод лечения с элементами шоковой терапии. Потом прошли курс расслабляющего массажа, всяких прогреваний и т.д. в Центре тибетской медицины, где тоже обещают излечить заикание, при этом, начиная лечение, оговариваются, что никаких гарантий они не дают.

А время шло. Антон жил с заиканием, и его нисколько это не волновало. В семье была доброжелательная, спокойная обстановка, но возникала потребность в общении со сверстниками. У детей, естественно, не хватало терпения выслушивать его длинные, медленные монологи. Он не мог высказать свои мысли, начинал волноваться и от этого еще больше заикался. Антон стал понимать, что он не такой, как все другие дети. И уже, выходя на улицу, не бежал играть к детям, а предлагал игры мне.

А поиски продолжались, и на июнь 2007 года мы записались в Центр лечения заикания в г. Лиски Воронежской области. Но этим адресом мы уже не воспользовались. Я решила, что больше мы никуда обращаться не будем.

Но тут моя подруга вычитала в интернете про методику Л.З.Арутюнян и Центр коррекции заикания. Я уже так устала от всех этих «лечений», была так разочарована всеми рекламами и обещаниями, что участвовать в еще одном «бизнес-проекте» не было никаких сил.

Но маленькое «а вдруг?» теплилось в моей душе. И мы позвонили. А там нам дали телефон логопеда Ракитиной Анны Эдуардовны и мы отправились на консультацию, особо уже не надеясь на положительный результат, поскольку горьких разочарований у нас был целый список и папка с адресами.

Анна Эдуардовна рассказала о плане лечения на год и далее: режим молчания, ежедневные занятия, речь с рукой, речь без руки, параллельно подготовка к школе. И мы с мужем ей поверили. Мы уже понимали, что по мановению волшебной палочки ничего не произойдет; мы были морально готовы к тому, что чтобы излечиться, нужно очень и очень потрудиться и ребенку и каждому члену семьи.

В конце января 2007 года мы приступили к лечению. Мы живем в Подмосковье, и ездить каждый день на занятия в течение 3-х недель было чисто физически тяжеловато. Сыну мы постоянно внушали: «У тебя все обязательно получится!»

Мы очень удивились, когда Антон через 3 дня полностью замолчал, мы-то думали, что это будет самым трудным в лечении. Ничего подобного – сын молчал и чувствовал себя вполне комфортно. Мы выработали ряд жестов для понимания ребенка, а когда их не хватало, он брал ручку и лист бумаги и печатал просьбы и вопросы (тоже полезное занятие).

Во дворе другим детям я с улыбкой объясняла (на их вопросы о молчании), что мы с Антоном играем в такую игру «молчанку», поэтому на улице он всегда молчит. И дети понимали – игра есть игра.

Потом постепенно стали включать речь. Первое время было не то что трудно, а непривычно, ребенок оказался «привязанным» к моей руке, поскольку мне приходилось контролировать нажим большого пальца на моей кисти руки, соблюдение пауз в речевых отрезках, а самое главное – расслабление до и после речи. Здесь, конечно, нужна работа над собой: постоянно быть внимательной, сдержанной, доброжелательной, в общем – сАмой, сАмой...

Это-то и есть самое сложное. А ребенок есть ребенок, сын был нетерпелив и, когда стало получаться говорить хоть медленно, но без заикания, то он стал форсировать события, ему хотелось сказать много и быстро. Вот тогда приходилось нам выдумывать разные системы поощрения за соблюдение всех речевых правил. Какое-то время это действовало, все это решалось в рабочем режиме.

Через 5 месяцев от начала лечения мы полетели на море. Все было замечательно. Но в один очень непрекрасный день Антона (как потом выяснилось) обожгла медуза. От неожиданности и боли он так кричал, что переполошил весь пляж, а накануне, к тому же он слышал в бассейне рассказ о ядовитых медузах в море. И заикание вернулось.

По телефону я получила консультацию от Анны Эдуардовны, опять «сели» на режим молчания.

Этот случай отбросил нас немного назад в нашем поступательном движении вперед к заветной цели. После возвращения с помощью Анны Эдуардовны Антон быстро вернул «речевую форму». В этом, думаю, помогли и речевые тренинги – «приставания» к прохожим на улице с разными вопросами, декламация стихов и рассказов отдыхающим в парках и скверах. Это способствовало развитию «речевой свободы». Мне и самой был интересен этот опыт.

В сентябре 2008 г. Антон поступил в 1-й класс лицея в возрасте 6 лет и 9 месяцев (на момент поступления прошел уже год с момента окончания лечения).

Ни одного (тьфу, тьфу, тьфу) случая заикания не было. Учитель хвалит его и называет «классной звездочкой». И в этом тоже вижу заслугу Анны Эдуардовны, ведь одновременно с лечением мы занимались и подготовкой к школе, чтением. Я благодарна Анне Эдуардовне, она настоящий профессионал своего дела, требующего любви и терпения… Она – умница!

Рассказ мамы Евгения К., г.Сергиев Посад

Женя, уставший, после учёбы в театральной школе-студии, где учится с утра до позднего вечера, перед сном включает расслабляющую музыку, под которую он занимался в «Арлилии».

А я, его мама, которая очень много ездила с ним на занятия, сижу, слушаю прекрасные мелодии, и с огромной благодарностью вспоминаю занятия с Мариной Борисовной Соколовой, которая своей добротой, терпением, профессионализмом достигает таких успехов в лечении, о которых даже трудно было мечтать.

Мой сын, Киселёв Евгений, заикался в детстве в возрасте 5-6 лет. Два раза был в санатории в г. Ивантеевка, где лечат заикание. С тех пор у него заикания не было, пока он не поступил после 11 классов в техникум. У него были большие проблемы со здоровьем в детстве и он с 4 по 11 класс учился на индивидуальном обучении, т.е. один с преподавателем. С классом он не учился, учиться ленился, книги не читал. Был очень стеснительным, зажатым. И когда поступил в техникум, ему пришлось учиться в коллективе, а он не привык, переживал, для него был стресс.

На фоне этого началось заикание. Он не мог нормально общаться с ребятами, с девочками, отвечать урок. И в декабре месяце он мне говорит: «Или я брошу техникум, или ищи срочно, чтобы мне вылечили заикание».

Много куда я обращалась, но чувствовала, что всё не то: где гипнозом лечат, где отдашь деньги, а результата никакого. Сама была вся в панике, не знала куда обратиться. Слава Богу вышла я на психолога-логопеда в МОНИКах и она мне подсказала адрес «Арлилии».

Приехали на консультацию к Марине Борисовне, она всё рассказала и показала кассету, где выступают ребята до и после лечения. После лечения у ребят спокойная речь, даже выражение лица спокойное, увереннон.

И вот мы начали заниматься в феврале 2008г. Жене было 18 лет. Было очень трудно, но Жене очень хотелось вылечить заикание, и он очень старался. Ему было тяжело, но ехал на занятия всегда с удовольствием, потому что в Центре царит такая душевная обстановка. Всегда всех поймут, подскажут. Марина Борисовна спокойным тоном разбирает ошибки, прочитает дневник, который ребята пишут каждый день, и всегда только слышишь: «Молодец, хорошо». Никаких отрицательных эмоций.

Мне очень понравились занятия, которые проводились в Зоопарке, Третьяковской галерее. Диспуты, где каждый не стесняясь, высказывает свою точку зрения. Вечера, концерты, где каждый выступает, как может и чувствует, что его поймут, поддержат, подбодрят, если не совсем что-то получается.

До «Арлилии» Женя нигде не выступал. Для него большая победа над собой было просто выйти и что-то рассказать о себе.

У меня сохранился Женин дневник, который он писал для Марины Борисовны. Он пишет: «До Центра «Арлилия» моя личная жизнь напоминала цирковую шутку: плохое общение в обществе, в школе, техникуме, с друзьями. Из-за заикания я плохо себя чувствовал, была зажатость, скованность. Эти ощущения невозможно написать, их надо испытать на себе.

Но вскоре всё изменилось, мы нашли Центр «Арлилия». Было очень тяжело сначала молчать, потом говорить очень медленно, преодолевать свой страх. Мне было сложно сделать один шаг, как потом пойти с такой речью в техникум, общаться, отвечать уроки. Я думал, что этого никогда не сделаю. И мне Марина Борисовна сказала: «Тебе нужно научиться нормально говорить, это тебе надо, а не им. Если ты туда не пойдёшь и всем не объявишь, что ты лечишь заикание, то ты так и будешь с такой речью говорить до конца жизни. А те люди, им на тебя наплевать».

Так что, я сделал свой выбор пойти в техникум и объявить всем, что я лечу заикание, и пусть будет, что будет. Я думал, что всё – пропал, сейчас меня там оплюют и т.д. Но нет, всё было наоборот. Все ребята меня поддержали и старались мне помочь. И сейчас у меня всё хорошо. Главное – сделать шаг. И когда я всё делаю, как мне говорит Марина Борисовна, у меня всё хорошо получается. Главное – не раскиснуть, не бояться.Это мой самый важный шаг и он был удачный.

Я очень рад, что на своём жизненном пути встретил такой Центр «Арлилия», который в корне изменил мою жизнь в лучшую сторону, и я стал другим человеком. Я уверен – будет всё хорошо».

И действительно, у нас всё хорошо. Женя закончил экономико-правовой техникум и поступил в Высшую театральную школу-студию, где с огромным удовольствием учится. Я об этом и мечтать не могла.

Я хочу сказать: «Огромное материнское спасибо! Спасибо Марине Борисовне Соколовой, Лилии Зиновьевне Арутюнян, автору методике, Екатерине Николаевне, Вячеславу!

Желаю всем крепкого здоровья, личного счастья, успехов в вашем благородном деле».

Я написала это прежде всего, чтобы выразить огромную благодарность Марине Борисовне. И для тех молодых людей, которые страдают таким недугом, как заикание, чтобы они верили, что всё можно исправить, и у них будет всё хорошо.

С уважением Киселёва Ольга Григорьевна.

Рассказ мамы Ани Ж., г.Москва

Анюта начала повторять последние слоги в словах в 2 года 8 месяцев, невролог нам поставила диагноз «эхолалия», выписала лекарства, от которых становилось лучше, когда мы их принимали, но как-то постепенно началось повторение слогов в середине, а потом уже в начале слова, и только где-то в 3,5 года я осознала, что это заикание. Самое страшное, когда не знаешь к кому обратиться и куда идти со своими проблемами, где можно получить реальную помощь. Мы наблюдались у невролога, опять же иногда помогало, иногда становилось настолько плохо, что Анюте трудно было выговорить слово «привет». Сейчас даже не верится, что это было с нами, когда мы уже «отдаленный результат». А тогда, когда я почувствовала, что лечение не помогает, мы начали принимать гомеопатию, сначала совместно с лекарствами – результат был идеальный, Анюта говорила очень хорошо, а когда перешли просто на гомеопатию, скатились настолько, что выговорить не могли ничего. Уже в 4,5 года я обратилась в Центр патологии речи, где логопед сказала, что у них лечат только сильными лекарствами, скорее всего нам нужно пить «свою гомеопатию» и начать заниматься с ней частным образом. Такой подход логопеда к своей работе сразу же оттолкнул меня от этого очень известного центра. Ближе к пяти годам нам дали направление в речевой санаторий в Ивантеевке с диагнозом «заикание тяжелой степени». Я вспоминаю это как страшный сон. Первый месяц там не дают встречаться с ребенком, когда после этого перерыва я увидела Аню, она не могла сказать толком ничего, мне показалось, что стало еще хуже. Всего она пробыла там почти 3 месяца, улучшения в речи так и не было.

И в этот момент отчаяния, совершенно случайно, я наткнулась на ссылку в интернете на центр «Арлилия». Там настолько подробно была расписана методика, лечение без лекарств, что я собрала всю семью, включая бабушку и дедушку и мы поехали на консультацию к Ракитиной Анне Эдуардовне.

Анна Эдуардовна сразу предупредила, что результат достигается тяжелой, кропотливой работой сроком в год. Меня тогда это совершенно не пугало, мне хотелось работать, чтоб только Анютка смогла нормально говорить. Смущало, что лечение начинается с режима молчания, что казалось совершенно невозможным. Когда начался основной курс, все получилось, было действительно тяжело: научить ребенка говорить с рукой, я фактически была приклеена к своему ребенку, без моей руки ей нельзя было говорить (так я контролировала ее речь). Такой контроль нужен на протяжении всего года, но результат превосходит все ожидания. Был момент, когда Аня приходила на занятия и ничего не хотела делать, один раз она просто сказала, что не будет заниматься и что хочет заикаться. Мне кажется у нас это был переломный момент. Мы продолжали, и все получилось! Заикание – это не только речевая проблема, но и психологическая, Анюта просто боялась говорить, особенно с незнакомыми. Я помню как она первый раз произнесла «здравствуйте» медленной речью совершенно незнакомому человеку, а в скором времени начала рассказывать чужим людям стихи и отвечать на вопросы. Прохожие иногда не понимали почему ребенок странно говорит, иногда даже спрашивали у Ани, зачем ей это надо. Анюта знала что отвечать: «Я учусь правильно говорить». Многим нравилось, как она размеренно и с интонацией рассказывает стихи, просили рассказать что-нибудь еще, поэтому репертуар Анна Эдуардовна готовила нам большой. К тому моменту, Анюта уже понимала, зачем это нужно: чтобы не бояться и не стесняться. Если она что-то хотела в магазине, она покупала это сама, и даже бывала очень придирчива и избирательна. Так Аня избавлялась от комплексов. Сейчас она очень общительная девочка, легко знакомится с детьми, находит общие темы для разговора, придумывает игры. Анюта очень рассудительная, и сейчас, когда она начинает о чем-то рассказывать, ее порой бывает тяжело остановить, она может говорить бесконечно.

Анна Эдуардовна проводит огромную работу по подготовке к школе, учит разгадывать загадки, быть любознательными, рассказывать рассказы, пересказывать и учить наизусть, учит цифрам, буквам, чтению, окружающему миру. Я очень переживала, что Аня отстает по подготовке к школе, я не могла у нее ничего спросить толком, поскольку ответить она мне могла с трудом. Оказалось, все мои переживания напрасны, каждодневные занятия помогают наверстать упущенное. Я очень благодарна судьбе, что мы встретили Анну Эдуардовну, проделали с ней огромную работу и сейчас уже Анюта успешно учится в школе. Прошел уже год после окончания лечения, недавно мы последний раз ездили на занятия в «Арлилию», и на обратном пути Аня переживала, что этих занятий у нее больше не будет, я успокоила ее тем, что будут праздники, на которые ее обязательно пригласят.

Анна Эдуардовна, спасибо огромное за Ваше безграничное терпение, за Анюткину речь, желаем Вам дальнейших успехов в работе!

Мама Маши, 8 лет, г. Москва

Хочу рассказать об опыте преодоления заикания у моей дочери и может быть вселить надежду в тех родителей, которые столкнулись с этим непростым недугом.

Маша начала заикаться в 2,5 года, примерно одновременно с появлением у нее фразовой речи. Говорить она начала быстро, «захлебываясь», эмоционально, девочкой была возбудимой. Я как мама-логопед понимала, что Маша относится к группе риска, однако появление первых запинок судорожного характера стало для меня неожиданностью. Запинки нарастали с ужасной скоростью, и вскоре стали появляться не только в начале, но и в середине и в конце слов. Что мы сделали? Придерживались режима дня (продолжаем и до сих пор), исключили просмотр телевизора (на полгода заменили мультфильмы диафильмами), шумные игры, стали очень ограниченно ходить в детский сад, связались с неврологом и с первых дней начали курс сосудистой и успокаивающей терапии. С течением времени стало ясно, что заикание у ребенка настоящее, стойкое, носит волнообразный характер. Все наши усилия может быть и давали какой-то положительный эффект, но кардинально картины не меняли. Периоды обострения (когда ребенок заикался почти на каждом слове, с присоединением слюнотечения, вспомогательных движений, слов-паразитов) сменялись ремиссиями (временным затишьем, когда запинок становилось значительно меньше, и казалось, что они вот-вот исчезнут). Таких периодов было значительно меньше. Зависимости от внешних факторов мы не видели, так как ребенок не перевозбуждался, эмоциональных потрясений не испытывал, в детский сад ходить практически перестал. Думали про метеозависимость, спазмы сосудов головного мозга. В дальнейшем мы продолжали принимать различные препараты (перепили все кроме противосудорожных, так как по результатам энцефалограммы показаний для них не было), занимались речевым дыханием, с логопедом тренировали речь на расслаблении, пели. Кстати в песенках и стихах (в автоматизированной речи), не встречалось ни одной запинки. Однако собственная спонтанная речь продолжала оставаться заикливой, понять ребенка порой было очень сложно, сама же Маша как будто не испытывала видимого дискомфорта. Мы же с папой очень переживали и начинали терять надежду, так как все наши усилия оставались тщетными.

В таком стрессовом режиме мы жили больше трех лет. И вот, когда Маше исполнилось пять с половиной лет мы поехали на консультацию к Ракитиной Анне Эдуардовне. Ехали с трепетом, но без особой веры в какую-то «чудесную» методику. Нам казалось, что мы испробовали почти все возможное, но все-таки решили проконсультироваться у логопеда, о работе которого мы слышали положительные отзывы. Вернулись домой окрыленные: впервые нам сказали, что заикание можно преодолеть методом простым по задумке, но, как нам показалось, очень сложным по исполнению. Методика заключалась в том, что любой речевой акт (звук, слог, слово или синтагма) связывался с расслаблением, артикуляционным и общим, и определенным нажимом пальцев ведущей руки. Рука должна была контролировать размеренность речи. В начале курса занятий были задействованы все пальцы руки, в конце нажим производился только большим пальцем. С первого дня занятий для ребенка начинался «режим молчания» (всего около месяца). Молчать нужно было все время в течение дня, кроме занятий, во время которых ребенок говорил особым образом под контролем Анны Эдуардовны. Теоретически это было понятно. Испугало же нас требование перестроить, изменить всю нашу жизнь на год-полтора, и тот огромный родительский вклад, который требовался, если мы начнем заниматься по этой методике. Во-первых, мне приходилось фактически увольняться с работы на целый год, так как по моим подсчетам работать я могла не более 1-2 дней в неделю. Только на это время на занятия с Машей могли ездить бабушка или папа. А на первоначальном этапе (примерно месяц) занятия проводились ежедневно, кроме субботы и воскресенья. Во-вторых, ребенок должен был полностью перестать ходить в детский сад хотя бы на один учебный год. В-третьих, к общению с ребенком допускались только те взрослые, которые прошли обучение и знают правила контроля речи. Были и другие «но»: как ездить каждый день с ребенком через всю Москву, как Маша будет общаться с детьми во время режима молчания, как объяснять соседям и знакомым «странное» поведение ребенка (не может отвечать на вопросы, потом начинает говорить растягивая слова)? И вообще, как пятилетний ребенок может молчать целыми днями? Также мы должны будем заниматься каждый день без выходных, тщательно выполняя все задания и рекомендации учителя.

Картинки были пугающими, но страх перед заиканием был сильнее. Поэтому через 4 месяца, когда у Анны Эдуардовны появилась возможность, мы начали наше тесное и плодотворное сотрудничество и, как сразу же выяснилось, новую жизнь. Маше было 5 лет 10 месяцев. Наши страхи оказались сильно преувеличены. Да, приходилось непросто, но чудесным образом нам удавалось решать все возникающие трудности. Маша перешла на режим молчания постепенно в течение трех дней и выдержала его хорошо. Стала спокойнее, играла сама всегда молча. Я научила ее нескольким жестам глухих, чтобы она могла выразить свое желание (туалет, пить, болит, устала, читать и др.). В течение дня я все ей объясняла, рассказывала о планах на день, старалась чтобы ситуации не вызывали у нее вопросов. Каким-то образом режим молчания нормализовал ночной сон. До этого почти каждую ночь ребенок просыпался и часто разговаривал во сне. На режиме молчания просыпаться стала реже, а разговаривать во сне перестала совсем.

Нам помогала одна бабушка, другая бабушка и дедушка не поняли необходимости занятий, считая, что «это само как-нибудь пройдет». В течение года приходилось постоянно объяснять им смысл происходящего.

Поездки через всю Москву были непростыми, но не ужасными. Домашние задания делали вечером и повторяли утром перед отъездом на занятия. За весь период занятий Маша, слава Богу, ни разу не заболела, хотя частые поездки в общественном транспорте пришлись на декабрь-февраль.

С соседями, знакомыми и днями рождения мы тоже как-то разобрались. Нашим маленьким знакомым было понятно такое объяснение молчания: «Маша сейчас лечится, и доктор запретил ей говорить». Впрочем, с детьми мы общались мало, в детский сад Маша перестала ходить.

Я выпала из полноценной работы на целый учебный год, но если соотнести этот год со всей дальнейшей полноценной жизнью ребенка… На работе пошли мне навстречу и профессионально я ничего не потеряла.

Мы, конечно, старались. Иногда поленивались, но бдительности не убавляли. Хочу сказать, что мне как маме и логопеду сотрудничество с Анной Эдуардовной приносило истинное удовольствие. Удивительно чуткий и профессиональный взгляд на все речевые проявления, всегда четкий и ясный совет, - все это позволило нам успешно пройти и завершить курс занятий по устранению заикания. С первого дня занятий и по сегодняшний день у Маши не было ни одной запинки. Сейчас ей семь с половиной лет, в течение последних пяти месяцев она ходит в детский сад, говорит свободно, четко, темп довольно быстрый, но не «взахлеб». Рукой как вспомогательным средством Маша пользовалась 1 год и 3 месяца, сейчас говорит без нее. Заикание и занятия с логопедом стали для нее неким жизненным этапом: кто-то зубы лечит, кто-то «Р» исправляет, а мы запинки устраняем.

Буду рада, если мой рассказ поможет кому-то обрести уверенность в собственных силах, поверить в возможности ребенка и эффективность этой методики.

Тамара Михайловна, мама Сергея, 14 лет, г. Москва

Речевые запинки у моего сына Сергея появились в 6 лет, нас успокоил логопед из районной поликлиники, сказав, что такое бывает у детей, не надо беспокоиться.

В октябре 2002 года в нашей семье случилась трагедия. Вся наша семья, кроме Сергея пошла на спектакль Норд-Ост, погиб отец Сергея и сестра, и я была ранена, находилась долгое время в больнице. Сергею тогда было 10 лет. Это был сильнейший удар, он стал заикаться.

Мы обратились в центр по исправлению заикания, нам назначили гору таблеток, но ничего не помогало. Ходили лечиться у бабушки – тоже никакого результата.

У меня опустились руки, я решила, что это неизлечимо. Но однажды увидела, что сын сидит и плачет. Он мне сказал, что он был бы отличником, если бы не заикался, он отвечает, а … и учителя думают, что он не знает урок. Он стал очень мало говорить, всё молчал, и я решила, что всё сделаю для того, чтобы мой сын был счастлив и хорошо говорил.
Я зашла в интернет и вначале зашла на сайт по компьютерной программе, но меня …, что очень быстро и легко, я понимала, что это вновь обман.

И тут я увидела сайт с методом лечения заикания по методике Л.З. Арутюнян. Я сразу же позвонила и поняла – это то, что надо, надо попробовать. Когда мы в первые увидели нашего логопеда Марину Борисовну, мы были очарованы её добротой, умением общаться с людьми и просто её добрыми глазами.

Я тогда поняла, что она нам поможет, и началась долгая, кропотливая работа. Занималась с Сергеем и я. Я понимала, что после занятий с логопедом становлюсь более спокойной. Марина Борисовна не только логопед, но и хороший психолог, который лечит душу. Сейчас Серёжа говорит хорошо, даже не верится, что он заикался раньше. Я благодарна Лилии Зиновьевне и Марине Борисовне за то, что они делают нас счастливыми. Я вижу радость в глазах Сергея, и я счастлива. Дай бог Вам здоровья и благополучия.

Расказ родителей Володи Б., г. Фрязино, Московская область

Скоро у нас выпускной. Мы с сыном завершаем курс восстановления речи в центре «Арлилия». И это трудное время уже за «черными горами».

У Вовы началось заикание в 3,5 года и проявлялось отрывками -уходило и через несколько месяцев опять возвращалось, и так несколько раз. А через год стало окончательно понятно, что это заикание. Начали ходить по врачам, пить лекарство, заниматься с логопедом. Результата не было, а заикание прогрессировало. Продолжали искать и совершенно случайно нашли в интернете про центр «Арлилия», заинтересовали отзывы и результаты. И на семейном совете решили, что надо попробовать. На тот момент Вова был еще маленький, и по совету Анны Эдуардовны, заниматься мы начали через 8 месяцев.

Режим молчания это действительно самое легкое из всего курса. Сложнее удержать ребенка, когда он начинает говорить и кажется, что уже все в порядке. Надо все четко выполнять, что говорит логопед. А когда веришь и видишь результаты, то появляются силы работать. И еще важна поддержка всех родных и близких, которые общаются с ребенком в это время.

Мы благодарны судьбе, что свела нас с Анной Эдуардовной! Низкий Вам поклон, Анна Эдуардовна, за Ваше умение и внимание! И всем огромное спасибо, кто придумал эту методику! Вы делаете благородное дело. Пусть здоровых деток будет больше!!!

Мама Миши, 7 лет, г. Москва

Заикание...
Эта беда пришла к нам, когда Мине было почти 3 года.
Сколько их было, тех логопедов, которые искренне пытались нам помочь?! Месяц-другой ежедневных занятий. Ребенок говорит плавно и, кажется, что так будет всегда. Но... Проходит какое-то время и заикание возвращается!

Совершенно случайно знакомые знакомых дали телефон, как тогда казалось, очередного логопеда.
- Анна Эдуардовна! Моему сыну 5 лет. Он сильно заикается. Помогите нам!
- О системе Арутюнян слышали?
- Нет!
- Приезжайте! И Вы, и ребенок, и тот, кто проводит с ним значительную часть времени.

А потом был почти год встреч с этим чутким человеком, педагогом и логопедом с большой буквы. Год очень непростой и для Мини, и для всех, кто был рядом с ним.

Речь Мини сейчас, уже почти через полтора года после завершения курса, - это речь обыкновенного хулиганистого 7-ми летного мальчишки. Мальчишки, который не заикается!!!
Спасибо Вам, Анна Эдуардовна, за терпение и внимание!!!

Любовь, 53 года, г. Москва

Хочу поделиться от всех души со всеми, кто ищет и хочет выйти из замкнутого круга – заикания. Зовут меня - Любовь Борисовна. По паспорту мне много лет, а по состоянию душевному и речевому мне около шести месяцев. Почему столько? Я начала исправлять речь с 25 января и вот с этого отсчета времени считаю начало новой жизни – второе рождение. Метод исправления заикания изобрела профессор Л.З. Арутюнян. Только по ее методике с первых дней занятий человек, который не мог сказать ни слова, начинает говорить…

Много мытарств я прошла, исправляя речь разными способами. Можно написать книгу, как непросто жить с такой речь, имея семью и т.п., когда ты хочешь, знаешь, но комок не дает говорить. Кто это испытал, тот, читая это письмо, согласится со мной. И вот, по прошествии почти 6-ти месяцев, я могу сказать с уверенностью: «Я вышла из замкнутого круга!».

Буду очень рада, если кому-то мое письмо поможет обрести веру, что заикание действительно исправляется. Исправляется очень тяжелым трудом, много работая над собой. Но вы, также как и я, увидите голубое небо над головой, любовь, радость и почувствуете себя Человеком – личностью. И никто, никогда не будет Вас жалеть, шептаться, игнорировать… Если кому-то из Вас захочется со мной встретится, я не посчитаюсь со временем.

Кто-то прочитает и хмыкнет. Исправлял мол… А все ли Вы выполняли, что требовал логопед? Я говорю о себе. Нет не все. И я нарушала многие рекомендации, но тут же осознавала свои ошибки. Могу поделится своими ошибками.

Никогда не забуду свою первую покупку в магазине с новой речью. Я заказывала продукты на очень медленной речи – чистой и внятной. Я говорила то, что мне нужно, и не использовала уловки, как раньше. Вместо колбасы не говорила сыр, потому что легче. Состояние на душе было такое – ты самый счастливый человек. Тогда я первый раз в жизни услышала свою красивую речь, пусть пока медленную, но это пока. (Сейчас я тараторю и не могу наговориться за годы молчания).

Успехов и старания всем, кто станет на этот нелегкий Путь – путь исправления речи. Но это Стоит! Я просыпаюсь счастливым человеком. Я говорю! Я говорю! Я строю грандиозные планы!

PS Рекомендации тем, кто только начинает:
1. При прохождении интенсивного курса – возьмите отпуск. Поверьте – это вернется сторицей на 200%
2. Семья должна участвовать также в исправлении речи, переходя дома на такой же темп речи, какой должен в данный момент использовать исправляющий речь. Это поможет бывшему заикающему не ускоряться.
3. Только логопед может изменить план действия в исправлении речи.
С любовью, Любовь Борисовна

Подруга Любовь Борисовны, г. Москва

Уважаемая Марина Борисовна!
Почему я это Вам пишу? Шесть месяцев назад ко мне в палатку подошла женщина и как-то необычно для меня заказала 2 пирога. Сначала у меня была реакция, что эта женщина решила с утра пошутить, поднять настроение другим. Она говорила очень медленно. Мне было совсем не смешно, но очень интересно, потому что осмеять человека можно в любое время, в вот понять и выразить свою поддержку это не каждому дано в наше время. Причем женщина стояла порядочная, а не какая-нибудь девчонка. Может и она во мне что-то почувствовала доброжелательное и рассказала, что ее зовут Любовь Борисовна, что лечится она у хорошего логопеда Марины Борисовны и что скоро я и все, кто ее знают, увидят и услышат потрясающий результат, т.к. она сможет, как все нормальные люди, легко и свободно разговаривать со всеми.

И действительно это, можно сказать чудо, свершилось. Вчера подходит ко мне Любовь Борисовна и ровным, спокойным тоном со мной разговаривает. Мы с ней долго общались. Оно рассказала про страдания и муки, через которые оно прошла, а я слушала ее и про себя думала, что Бог должен оберегать хороших людей и давать им то, что они заслуживают счастья. Спасибо Вам, что Вы есть такие на этом свете.

С большим уважением к Вам, Простая русская женщина Светлана Павловна

Александр, 20 лет, г. Москва

Заикаться я начал примерно в 6 лет. Как говорят родители, меня напугала кошка. Но как ни странно, кошки – мои любимые домашние животные! Поначалу меня водили к каким-то бабулькам, экстрасенсам. Но, видимо результата от этого не было. Заикание как-то само то уходило, то опять появлялось (это я помню сам). В школе, по началу, я с неохотой участвовал в спектаклях и разных сценках, т.к. там всегда приходилось что-нибудь рассказывать. Потом – совсем перестал участвовать. Я не любил читать стихи перед классом, читать доклады на уроках, да и вообще, отвечать устно. Больше любил письменно, мне всегда предлагали участвовать в разных конкурсах и олимпиадах, но я отказывался, поскольку страх заикания меня побеждал. Потом я увлекся рисованием – там и говорить много не приходится, просто пиши картины молча и участвуй в конкурсах тоже молча! На одной из выставок наших работ местная телекомпания брала у некоторых человек интервью. И как назло, выбрали и меня. Сначала я не соглашался, но потом решил попробовать. Смотря запись, я был в шоке. Когда слышишь, как говоришь и заикаешься – это одно, а когда слышишь свою запись, как заикаешься – это совсем другое, это еще хуже. Я стал еще замкнутее, мало общался. Потом в исправлении заикания начался новый период.

Меня начали водить к одному гипнотизеру. К А.И. Скаржинскому (по-моему, так его звали, я уже и забыл про него). После сеансов иглоукалывания и чего-то еще (это я не видел, т.к. то ли спал, то ли находился в каком-то ином состоянии). Все было нормально, речь была чистая. Я шел и радовался, но потом все опять вернулось на круги своя. Я стал снова заикаться.

Я уже пошел в старшие классы, а там не только стихи длиннее, но и выступать чаше надо было. Как мог всегда увертывался. Перед тем как сказать, фразу с потенциально опасными местами (потенциальными запинками) я заменял другими словами, т.е. пользовался т.н. уловками. Но при этом чувствовал себя отвратительно. Потом я начал сам исправлять заикание, посредством всяких других методик, но такой самостоятельности хватало не надолго. Про методику Л.З. Арутюнян я совершенно случайно узнал в Интернете. Просто решил задать по поиску «как исправить заикание». Вышло огромное количество сайтов. По какой-то счастливой для меня случайности я открыл сайт, где описывалась эта методика…

Поначалу методика меня просто испугала своими решительными действиями по «отходу» от заикания. Я даже подумывал бросить все это, но заикание мне настолько надоело и мешало, что я решил рискнуть. Методику описывать незачем. Она очень проста. Но цель (исправление речи) в данном случае оправдывает средства (методы, которыми человек исправляет заикание). Возможность говорить всегда и везде – это неотъемлемый атрибут человека. Речь в истории человека сыграла одну из важнейших ролей его развития. Так зачем мучиться, если можно все исправить? И я рад тому, что настоял на этом решающем звонке, горжусь тем, что сделал и делаю для исправления речи, и уверен теперь что смогу все (ну практически все). Возможность выражать вслух свои мысли, чувства и эмоции – это прекрасно.

Евгения, 14 лет, г. Королев

Думаю, что нам, лечащимся от заикания, следует пролить свет на другие методики исправления речи, чтобы остальные люди, имеющие большое желание избавиться от этого недуга, не тратили зря время и деньги. Я начала заикаться примерно в 3 года вследствие автомобильной аварии. Меня уже тогда водили по всяким логопедам, бабкам и т.д. Ничего не помогало. Да я и сама не совсем понимала, что со мной делают, и для чего все это нужно. Где-то в 10 лет мне купили специальную программу для исправления заикания "Breath Maker", думаю, многие о ней наслышаны благодаря рекламе. Эта программа заключается в том, что человек должен в течение какого-то времени (больше месяца, естественно) читать и что-нибудь рассказывать своему компьютеру в микрофон, надев специальные наушники. Твой голос слышится очень замедленным, как будто бы эхо, но еще медленнее. И ты не можешь из-за этого говорить дальше, пока отдаленный голос в наушниках не закончит твою фразу. Каждодневное занятие длилось 1,5-2 часа.

Теперь я достаточно хорошо осознаю, что это неплохой метод для лечения речи, но, получается, у человека должно войти в привычку говорить вот так медленно и растяжно. Не знаю, лично я сразу на каждом занятии начинала зевать и засыпать по непонятным причинам. :) Так что, как вы поняли, это ни капли мне не помогло. Через некоторое время мы узнали о неком Дмитрие Сайкове, избавляющем от заикания (и не только) с помощью гипноза. Перед приходом к нему нужно было в течение нескольких дней молчать и ничего не говорить. Еле выдержав это, мы отправились туда. Больше часа нам показывали в большом зале по телевизору отзывы людей, якобы исправивших благодаря Д.Сайкову заикание. Я вся воодушевилась и с нетерпением ждала, когда же начнется гипноз!

В кабинет заводили людей, которых было довольно много, по очереди каждые три минуты. Когда я вошла туда, меня попросили сесть на стул посреди кабинета. Сайков встал напротив меня и начал громко и грозно кричать какие-то невразумительные слова. Я от удивления молча сидела и только слушала. Потом он попросил своего ассистента подать ему какую-то емкость и побрызгал мне этим в рот. Ужасно горько! И я освободила кабинет для следующего посетителя. Все произошло так быстро, что я не успела еще опомниться. И что вы думаете, мне это помогло??? Конечно, нет! Неужели он думал как бы снова испугать меня, и я излечусь? Или в основе его метода лежит что-то другое? Не знаю. Но не советую кому-либо тратить время, чтобы узнать об этом.

В 12 лет моя бабушка нашла какую-то старушку, которая вроде бы могла мне помочь. Мы в течение нескольких недель ездили к ней в соседнюю деревню, и она готовила какой-то отвар из вина, меда и десятка разных трав, которые кидала туда с моим приходом. Помню, что она мешала это над моей головой. И я должна была пить вот это в течение нескольких месяцев. Опять же не понимаю, что это могло мне дать? Это же обычный отвар. Какая от него польза? И я снова потерпела неудачу.

В 14 лет я вдруг опять задумала найти новый способ лечения своего заикания и полезла в Интернет. Ввела в поисковую машину слово "заикание" и заглядывала по очереди на разные сайты, посвященные заиканию. Меня очень заинтересовал сайт об исправлении заикания по методике Л.З.Арутюнян. Я попросила родителей позвонить логопеду Марине ,Борисовне и узнать обо всем.

Не буду описывать весь курс лечения, который я сейчас прохожу. Скажу только, что он ОЧЕНЬ действенный! Это единственный метод исправления заикания, благодаря которому в моей речи НЕТ запинок! Эта методика уникальная! С ее помощью я стала другим человеком. Мой характер сильно изменился, в лучшую сторону. Я стала намного сильнее морально, уверенней в себе и своих силах. Во мне проснулась надежда на полное избавления от заикания. Хоть это и сложно было, особенно в самом начале, но теперь я рада и довольна собой, что не отрешилась от методики, что продолжила лечение. Ведь я раньше была закомплексованной из-за заикания, боялась лишний раз рот раскрыть, не говорила своего мнения, не могла высказать что-либо или выступить на уроке лишний раз с докладом. Да я думаю, любой заикающийся меня в этом поймет! Зато теперь я могу запросто заговорить с кем угодно и в любой ситуации. Это превосходно, когда ты МОЖЕШЬ сказать свои мысли и мнение! Я горжусь своими достигнутыми успехами и собираюсь дойти до конца. Так что те, кто страдают сейчас этим противным недугом, не теряйте надежды, а верьте в лучшее. Не смотрите на то, что с первого взгляда методика кажется сложной

Анна, 12 лет

Когда я заикалась, я чувствовала груз, как будто на мне лежал большой и невыносимо тяжелый камень. Я все время думала, скажу я эту фразу или нет. Когда я хотела с кем-то поговорить, я иногда не решалась, а если решалась, то у них возникало впечатление обо мне, что я какая-то отстраненная или еще хуже. Сейчас я чувствую великолепное чувство облегчения. После основного курса я

стала уверенной в себе. Раньше я боялась всего: людей, продавцов, магазинов – всего.

Может я и чего-то боюсь совсем (человек все время чего-нибудь боится), но теперь я боюсь совсем мало. Я достигла множества вещей. У меня стал крепкий характер, я стала уверенная в себе. Когда я заикалась у меня было чувство неуверенности, растерянности.
Я собой горжусь.

Родители Ивана Б., 5 лет, г. Лобня |

Когда мы обнаружили, что Иван заикается, мы не знали, куда деваться. Мы бегали по врачам, обращались к различного рода целительницам, занимающимся нетрадиционной медициной, но никто не мог ничем помочь. Мы тратили уйму времени на поездки к ним, платили деньги, но результат от всего этого лечения оставался нулевым. И когда надежды уже почти не осталось, мы случайно узнали о новой методике лечения заикания.

Лечение нельзя назвать простым и легким, но какое это имеет значение, по сравнению с реальным стопроцентным результатом. Сначала, конечно, было сложно, но со временем мы привыкли к этим упражнениям, и в конечном итоге, спустя год, Ваня стал говорить абсолютно нормально. Сейчас мы уже и не вспоминаем об этом тяжелом времени, но тогда это было кошмаром.

Лучше заставить себя серьезно прозаниматься с собственным ребенком, чтобы он стал нормальным и ничем, кроме своих достоинств, не отличался от окружающих, нежели годами мотаться по различным повитухам и студентам-медикам, а в итоге добиться только того, что ребенок вырастет с комплексом неполноценности и постоянным чувством вины за свою неправильную речь.

Родители Сережи Л., 4.5 года, г. Королев

Запинки у нашего ребенка стали появляться тогда, когда он овладел уже достаточным количеством слов и пытался связывать их между собой по смыслу. Сначала это было мало заметно и для окружающих, и даже для близких людей. Но мне, проводившей с ребенком целые дни, уже было понятно, что с мальчиком творится что-то неладное.

Сережа быстро перешел от слов к предложениям. Вот тут-то и начались наши страдания и его тоже. Сначала он «буксовал» на одном из слов в предложении. Затем их количество увеличилось. Было такое, что он вообще не мог сказать нужного слова и плакал. Он просил меня помочь ему сказать это слово, а я ничего не могла сделать, т.к. не знала, что же именно он хочет сказать. Приходилось говорить ему разные варианты или просить его показать этот предмет.

Так как возраст Сережи был в то время небольшой, мы надеялись, что это пройдет. Надеялись и ждали. Но время шло, а чуда не произошло. Речь ребенка становилась все хуже. Единственное, что он мог говорить без запинок, были стихи и песни. А когда он пытался выражать собственные мысли (а их у него было много), то здесь без страдания на него нельзя было смотреть. В три года мы отправились на прием к логопеду в детскую поликлинику. Выслушав нас и побеседовав с ребенком, она дала нам направление в Москву. Честно скажу, что меня это не очень воодушевило и не дало никакой надежды. Жизнь наша продолжалась по-старому. Все наши знакомые уже знали о нашей проблеме и пытались помочь.

Прочитав в газете заметку о медицинском центре , что там работает логопед излечивающий заикание, я сразу «зацепилась» за эту информацию. Впереди появилась надежда.

Сережа начал заниматься в возрасте 4-ех лет. В то время мы еще не понимали, что за занятиями стоит большой труд, как со стороны родителей, так и со стороны ребенка. Но мы сразу прониклись доверием к методике, и это нам в дальнейшем всегда помогало.
На занятиях мы слышали голос своего ребенка, он учился правильно произносить звуки, слоги, затем и слова. Речь его развивалась, Сережа научился читать. Это было большой радостью для нас! Конечно, это не давалось просто так, легко. Все это требовало огромных усилий со стороны всех, кто окружал ребенка, усилий, терпения и времени. Но все это стоит делать ради тех результатов, которые мы видим сейчас.

Я уже забыла его заикающуюся речь, и хотелось бы никогда ее не вспоминать. Мы с уверенностью и надеждой смотрим в будущее и с огромной благодарностью говорим «спасибо» автору этой методики и тем специалистам, которые претворяют ее в жизнь.

Бабушка Кристины E., 5 лет, г. Пушкино

Нашу семью постигло большое горе, в автокатастрофе погибли родители Кристины. Девочке было всего 2 года 7 месяцев. Спустя год после гибели родителей у девочки начались запинки. Причем сразу резко. Утром я ее отвела в д/сад, а вечером ребенок стал мне рассказывать о своих впечатлениях о прошедшем дне, почти не могла выговорить не единого слова без заикания. В саду сказали, что ничего особенного у них не произошло и от чего все это они не могли объяснить. Кристину из сада сразу же забрали, было лето, и все 3 месяца мы провели на даче, изолировали ее от детей и по возможности от взрослых. Обратились к невропатологу, психиатру и в центр реабилитации п. Перловка к логопеду. Девочка стала спокойнее, но заикание продолжалось.

Затем нам логопед порекомендовала место, где исправляли заикание по методу профессора Л.З. Арутюнян-Андроновой. Старались выполнять все требования логопеда, это было не так уж легко, но мы были уверены, что ребенок наш излечится. Благодаря титаническому труду, терпению и очень хорошей методике, наша девочка стала хорошо говорить. Мы с ужасом думаем, как бы все сложилось, если бы у Кристины осталось заикание. Сейчас она учится в 3 классе, отличница, у Кристины много друзей, общительная, веселая и очень красивая речь «мелодичная» так о ней отзывается учительница. Все, кто не знал о ее сложных дефектах речи, не верят в это, да и мы сами думаем, неужели это было все.

С огромным уважением и благодарностью, бабушка Шорохова В.Г.

Родители Павла Г., г. Королев

Не стоит говорить о том, какая проблема стоит перед семьей, если ребенок заикается. Переживание родителей, закомлексованность ребенка, и конечно поиск решения этой проблемы. Нашей семье помог метод профессора Андроновой-Арутюнян Л.З. – коррекция заикания с помощью синхронизации речи с движениями пальцев ведущей руки.

Прошло уже 5 лет, как мы закончили исправлять речь. Речь Паши свободна от заикания. По отзывам педагогов на уроках в школе он активен, контактен с ребятами в классе. В прошлом году Паша легко поменял школу. О логопедических занятиях наш сын вспоминает с удовольствием.

Наша семья благодарна судьбе за то, что мы встретили отзывчивых людей и наша проблема решена.

Семья Н., г. Москва

Наша семья очень благодарна Вам за наших сыновей. С 3-х лет у нашего первого ребенка начались проблемы с речью. Ребенок начал заикаться. Мы думали, что это возрастное и скоро пройдет. Но в четыре года речь ухудшилась совсем, и заикание не проходило уже совсем. Вот тогда мы обеспокоились всерьез.

Первым маячком было то, что не смотря на хорошую коммуникабельность некоторые дети не хотели играть с нашим ребенком во дворе, в детском саду. А для нас представилась эта проблема гораздо шире. Мы представили, как тяжело будет нашему ребенку в школе, а тем более нет никакой возможности обучения в ВУЗе.

Сначала мы решили пойти к обычному логопеду. Логопед исправил конечно все звуки ребенка, но исправить заикания не смог, говоря , что причина заикания не известна, хотя очень хотела бы нам помочь. Мы не поверили этому логопеду и стали искать методы лечения. Первым было обращение в Институт коррекции речи, где нам выписали лекарства для ребенка. Так как в нашей семье множество медиков и не доверие к лекарствам высоко, естественно по справочнику проверили назначение данного лекарства. Это был сильно действующий транквилизатор(успокаивающее). Причем доза превышена в два раза, которую мог позволить возраст и вес моего ребенка.

Конечно, принимать это лекарство мы не стали и продолжили поиски в другом направлении. Стали искать "бабку", которая заговаривает заикание.Но, к сожалению, помочь нам она не смогла. Мы практически отчаялись излечить заикание, когда логопед, который нам ставил звуки рассказал о детском саде, где лечили заикание.

Нас сразу предупредили, что лечение требует усилий не только от ребенка, но и от родителей . Но заверили, что заикание будет излечено полностью.

Прошел год очень тяжело для нашей всей семьи , но мы его выдержали и вот уже четыре года мы не знали, что такое заикание.Но у нас есть второй ребенок, которому исполнилось три года и история продолжилась. Наш второй ребенок не стого не с чего начал заикаться.Тут же мы вспомнили то, чему нас учили и конечно сделали звонок другу(нашему логопеду). С этой проблемой мы уже справились за месяц.

Родители Анны Л., 5 лет, г. Москва

Заикание началось у Анюты в три года зимой. Сначала почти незаметные повторения первых слогов. Потом появились явные запинки. Потом она стала вставлять «ну» перед «трудными» словами. Речь была очень быстрой, сбивчивой, резкой. Мы с ужасом осознали, что ребенок заикается.

Весной мы начали ходить по врачам. Оказалось, что проблемы есть и со стороны невропатолога и со стороны психоневролога. Начали с районной поликлиники и местного логопеда. Потом – больница на Таганке; речевой центр на Полянке. Обращались и к частным специалистам. Везде было одно и то же – занятия по развитию речи и горы препаратов, в том числе сильнодействующих. Конечно, медикаментозное лечение давало свои результаты – ребенок становился спокойнее. Временами заикание проявлялось меньше, и появлялась надежда. Но курс приема лекарств заканчивался или наступала весна или стресс – все начиналось снова в более сильной форме. Мы занимались и отдельно с логопедом, и в специальных группах…. Везде говорили, что заикание неизлечимо и что они могут лишь научить ребенка жить с заиканием и максимально облегчить его участь.

Я узнала про «методику синхронизации речи с пальцами ведущей руки» случайно и в то время, когда это было для меня совсем не актуально. Ане был 1 год. На даче соседка… рассказала, что лечит внука от заикания.

Когда Ане было пять с половиной лет и не осталось надежды на излечение, я вспомнила про него. Ему было уже девять, и он не заикался.

Мы начали работать.
И вот стали появляться первые результаты. Аня снова начала говорить - сначала слова, потом словосочетания, потом короткие предложения. Потом она уже могла читать стихи и рассказывать маленькие рассказы. Анюта говорила без запинок. Заниматься Анюте очень нравилось. По утрам она меня будила со словами: «Мама! Мы опоздаем на занятие! Вставай!»

Да… еще один важный, но очень сложный момент – это функциональные тренировки. Очень трудно перешагнуть этот барьер. Но на самом деле, люди, к которым подходили, в большинстве своем воспринимали обращения к ним нормально, доброжелательно.

Сейчас Анюте 10 лет и 3 месяца. Она учится в 5-м классе. Речь – нормальная, ровная, без запинок (… чтоб не сглазить). И это не смотря на то, что она пришла сразу во 2-й класс, в сложившийся коллектив, не имея никакого опыта поведения в школе. Я очень боялась, что эта ситуация приведет к возврату заикания. Но Аня справилась, и это только благодаря усилиям, вложенным в ее лечение.

Родители Павла М. (7лет)

Наш сын Павлик начал заикаться с 2-х лет. Логопед районной поликлиники поставила диагноз клоно-тонический тип заикания. Мы начали посещать психотерапевта, пить микстуры, таблетки, незаметное улучшение было. Но не надолго. Мы пробовали читать книги по исправлению речи, обратились к частнику, который разработал собственную методику исправления заикания. Папа начал заниматься сам с Павликом этим методом. Но мы не специалисты, иногда лопалось терпение, иногда не хватало знаний. Заикание было устойчивым.

Дети в детском саду начали его дразнить. Он не мог выступать со сценками в пионерском лагере, хотя ему очень хотелось. Становился обидчивым, раздраженным. Нам предложили посещать группу исправления заикания в то время, когда подошло время учиться в подготовительном нулевом классе. Мы выбрали нулевой класс. Но горько ошиблись! Речь нужно было исправить.

И на следующий год решились на то, чтобы пропустить год учебы в школе, пройти курс лечения по этой методике. Речь вышла на самый первый план. И лечиться надо было основательно и по-настоящему.

Мы начали учиться вместе с сыном. Все начали заново. Наши домашние дневники шаг за шагом прослеживают этапы этого нелегкого, но радостного пути. Ведь мы двигались к цели – исправление речи! И когда Павлик начал говорить, мы не верили, что это надолго и прочно. Боялись возвращения запинок. В школе ему пришлось перенести большие трудности. Переходить из одного класса в другой, чтобы догнать своих сверстников. Он стойко прошел через этот стресс. Запинки не возобновились. Никто в школе не подозревает, что Павлик так сильно заикался до школы. Все это стало возможным благодаря методике, по которой работала наш логопед. Спасибо!

Родители Димы Т.(5 лет)

Дима Т. начал заикаться в 4 года. Несмотря на все наши старания его речь ухудшалась. Мы обращались в кооперативы, лечились у частного логопеда. Врачи выписывали таблетки, но речь становилась все хуже. Когда мы начали заниматься по этой методике Митя говорить не мог – его душили спазмы. Мы очень верили нашему логопеду, мы старались до фанатизма.Даже когда Митя стал говорить очень медленно, с рукой - для нас это был праздник!
Сейчас Митя полностью здоров. Спасибо!