г. Москва, ул.Грекова, д.11

Речевой центр «Арлилия» специализируется на коррекции речи заикающихся взрослых и детей по методике профессора Л.З. Арутюнян

Запись на прием:
+7 (926) 220-73-73

Для учеников центра:
+7 (495) 785-91-70

youtube
vkontakte

Жить без заикания. С детства!

Главная / Результаты и Отзывы / Отзывы об «Арлилии» / Выдержки из дневников наших учеников / Олег, 35 лет, г. Москва

Олег, 35 лет, г. Москва

Что для меня значит заикание?

Никогда не заикавшийся человек не поймет того, кто заикается. Если он, конечно, не занимается этим вопросом профессионально. Так, нормально дышащий человек никогда не поймет задыхающегося астматика. Хочешь сделать вдох полной грудью, а не можешь. И почему это он задыхается? Ведь это так просто – вдох, выдох… Примерно похожая ситуация с речью. Захотел – сказал, пусть даже и глупость. А если не можешь сказать, даже если очень хочешь? Вместо слов изо рта вырываются только отдельные звуки, лицо в судороге перекашивает, ты краснеешь, тебе стыдно за свое вынужденное «уродство», ты закрываешь глаза, моргаешь ими, стараешься сделать все, чтобы выдавить из себя несколько нужных слов. Это – заикание.

Сразу оговорюсь, что заикаюсь я не всегда и не везде. Позвонить по телефону незнакомому человеку для меня иногда является проблемой. То есть когда я чувствую себя хозяином положения, если я нужен людям, а не они мне, то общение проходит проще. Общение в магазине, в ресторане, когда говоришь, что тебе нужно, короткие ответы на вопросы тоже не вызывают трудностей. Но только короткие фразы. «Триста грамм «Пармезана», пожалуйста». А вот переспросить при этом: «Скажите, а этот сыр привезен сегодня утром или вчера вечером?» - уже вызывает определенные трудности. Нет, конечно, я это произнесу, но при этом придется тщательно поморгать глазами. Основная трудность – длительные повествования о чем-либо, не важно о чем. Доброжелательная и спокойная обстановка делают свое дело, нет напряжения, ты расслаблен и говоришь почти не заикаясь. Все гораздо хуже, когда ты находишься пред очами перевозбужденного постоянными стрессами начальства, которое требует от тебя быстрых и четких ответов на вопросы не всегда тебя касающиеся.

С начальством мне вообще очень непросто общаться. В основном, возникают запинки при общении с этим сословием.

В такой ситуации расслабиться очень трудно (не скажу, что невозможно), поэтому возникла одна запинка, вторая и так далее. Но наступает момент «наивысшего позора», когда кажется, что хуже уже быть не может, Рубикон перейден, а говорить все-таки надо и людям неважно заикаешься ты или нет, они тебя просто слушают. В эти моменты заикание отступает, и начинаю говорить спокойно и легко. Точно так же я веду себя в моменты наивысшего напряжения.

Еще один существенный момент – мое заикание носит сезонный характер: есть периоды ухудшения, а есть, когда заикаюсь меньше. Конечно, сильнее начинаю заикаться в моменты эмоциональных всплесков (но только если они не являются запредельными, при запредельных речь становится ровнее): если приходится спорить, оправдываться, особенно, если знаешь, что ты неправ.

В детстве заикающимся особенно трудно. Маленькие дети не осознают, что творят, поэтому дразнят и смеются над теми, кто не может говорить так же свободно, как они. Объяснения взрослых, что ты ни в чем не виноват, что надо быть умнее не помогают, до маленького человека такие категории просто не доходят. В результате стыд за свой порок остается на всю жизнь. Это как инвалидность, физическое несовершенство. Все понимают, что это просто физический недостаток, ты такой же человек, как и все, но при этом потихоньку жалеют тебя. А тебе не нужна жалость! Ты ничем не хуже окружающих, ты умнее, сильнее, реже болеешь, больше знаешь, но играешь при этом вторые и третьи роли. Это как поводок, который тебя постоянно сдерживает, не дает вздохнуть полной грудью, душит.

Я не скажу, что это делает меня полностью несчастным. Но это дает ощущение несвободы. Я не могу реализовать себя так, как хочу. Могу быть не «кем угодно», а тем, кем могу, кем «позволено» быть моим недостатком. Знаю, что, в принципе, я неплохой организатор. Знаю, что приложи я свои старания в этом направлении на работе, добился бы большего. А финансовая независимость – это часть понятия «свобода».

Наверное, это не даст сильного толчка моей карьере, а может и даст. Но пробовать надо. Если буду продолжать заикаться в присутствии начальства, то точно не даст. Конечно, я видел начальника, заикающегося и посильнее меня, но это, скорее, исключение из правил, случай нетипичный.

Итак, подытоживая все вышесказанное, постараюсь ответить на вопрос «Для чего мне все это надо?». В конечном итоге для ощущения собственной полноценности. И не надо говорить, что этот недостаток не является признаком неполноценности. Я очень этого стесняюсь. Вообще, очень трудно говорить на эту тему с кем-либо, обсуждать свое уродство, как мне кажется. Допустим, у меня нет руки, разве приятно об этом говорить? Ну, нет и нет, что тут обсуждать-то?

Хочется быть лучше, совершеннее физически, ничем не хуже других, что даст более полное ощущение жизни и более глубокую реализацию своих потенциальных возможностей. Я хочу говорить легко и свободно и готов ради этого бороться со всем миром. Человек, проявляя волю, может все. Это я точно знаю.

Что я такое?

Очень люблю различные спортивно-оздоровительные мероприятия. Два раза в неделю играю в волейбол, два-три раза в неделю занимаюсь дома гантелями-отжиманияим-турниками, по субботам уже много лет хожу в баню, где чередую парную с холодным бассейном.

Каждый день уже более двух лет я практикую контрастный душ утром и вечером. Считаю это большим бесплатным удовольствием, ну, а польза для здоровья неоспорима. Два года зимой раз в неделю купаюсь в проруби. Считаю себя человеком сильным и волевым, по-своему очень упертым. Возможно, жизнь это скорректирует в дальнейшем, но пока этих иллюзий я не лишен.

Все это я рассказываю для того, чтобы было понятно, что моя ориентация – это здоровый образ жизни, но в то же время люблю простые маленькие удовольствия в виде еды, немного выпить и т.д.

День первый - 13 ноября 2006 г.

Сегодня посетил первое занятие. В общем, что ожидал, то и произошло. Вводное занятие, базовые упражнения…

Прекрасно понимаю, что, в основном, результат зависит только от моих усилий, от того, насколько точно буду выполнять рекомендации логопеда. Единственное, что меня беспокоит – это замедленная речь на работе. Придется побыть белой вороной. Полгода – белая ворона, всю оставшуюся жизнь – нормальный человек. Неудобства забудутся, а нормальная речь останется.

Считаю очень полезными занятия Вячеслава Дмитриевича. Раскрепощение – очень важная составляющая. Действительно, как важно не принимать наиболее выгодную позу, а оставаться собой. В себе комфортнее. Быть, а не казаться. Сколько фальши вокруг…В общем, как говорится, «процесс пошел». Решил замолчать сразу после занятия. Молчу уже пять часов. Необычные ощущения. Интересно, насколько они станут необычными на седьмой день?

Жена, когда что-нибудь говорит мне, пытается продублировать слова жестами. Мне смешно. Все хочется сказать ей, что со слухом-то у меня все в порядке…А дома тишина…

День второй - 14 ноября 2006 г.

Выполнял функциональную тренировку №3. Пытался общаться на улице при помощи записок. Не скажу, что это было очень просто. Все-таки живы стереотипы «А что обо мне подумают?». Останавливал не всех, только одиночек.

Реакция людей очень разная. Трое просто прошли мимо, даже не взглянув на записку. Остальные люди отнеслись вполне доброжелательно, читали записку, отвечали, улыбались. Кто-то отвечал жестом (приняли меня за глухонемого), кто-то говорил нормально.

Пытался держать доброжелательный взгляд, контролировать «щелинку». Может, это дело тренировки?

Что такое радость в моем понимании?
Попробую описать две составляющие:
- ощущение радости
- как достигаются ощущения.

Ощущение радости – преобладание положительных эмоций над отрицательными, вернее, полное вытеснение отрицательных положительными. Отрицательные потом обязательно вернутся, куда же без них? Но вот пока не вернулись, пока только положительные – это и есть радость.

Как достигается. Способов – много, у каждого свои. Попробую описать свои. Сдал экзамен – радость. Готовился же, сильно волновался – и сдал! Чем не радость? Из проруби вылез – ощущение дикой радости. Потому что в самой проруби ощущения такие, что сейчас сдохнешь, а на воздух вышел – и хорошо, стоишь, радуешься. Все вокруг в шубах, а ты – в трусах. Мчаться на водном мотоцикле по морю – огромная радость. Ни о чем не думаешь, только о том, чтобы не упасть, потому что падать на скорости – совсем не радость. Дарить подарок и видеть, что ты угодил, долго выбирал, мучался сомнениями – радость. Высыпаться каждый день, а не только на выходных – большая радость.

Потом за радостью приходит какое-то огорчение, радость забывается, потом приходит другая радость. И так без конца. Единство и борьба противоположностей. Конечно, высший пилотаж – находить радость во всем. К этому надо стремиться. Самое надежное, на мой взгляд, - уметь радоваться простым вещам. Их просто больше и встречаются они чаще. Достигается это здоровым организмом и правильным образом мыслей. Но без аскетизма!

Выпить в семейном или дружеском кругу свои нормативные 100 грамм под хороший ужин – большая радость!

День третий - 15 ноября 2006 г.

После занятии все компанией пошли «на записки». Процесс контролировал Денис. Первым записку пошел отдавать Дима. «Жертвами» выбрали двух школьниц, стоявших во дворе. Все, насколько я понял, у него получилось неплохо. Девушки начали что-то объяснять, показывать. А теперь ситуация глазами школьниц. Идет толпа числом 11 человек, от нее отделяются двое, подходят, протягивают записку: «Как пройти до метро?». Все остальные стоят и смотрят. Что же это? Заплутавшая в московских дворах компания глухонемых? Откуда их столько в одном месте? Или это видения «после вчерашнего»? Или винегрет был несвежий? В общем, смешно, если не знать сути дела.

Сам я отдал 7 записок, никто не отказал, все так или иначе что-то отвечали. Неудобство уходит. Вообще, к этому делу надо подходить с хорошей долей здорового пофигизма, не задумываясь о реакции окружающих. Да, я - шут, я – циркач, так что же?! Кстати, это одна из любимых фраз моего товарища, ставшего большим начальником и состоятельным человеком. А когда-то многие тоже крутили пальцем у виска. А ему было плевать….Сейчас никто не помнит его выходок, зато все величают не иначе, как по имени-отчеству. Правда, его выходки не были связаны с заиканием, да ну какая разница?

День четвертый - 16 ноября 2006 г.

Считаю, прошедшее сегодня занятие полезным. Не только потому, что отрабатывали технику слогов – это само собой. Хорошо то, что много говорили о мотивации, о том, как пережить первые два месяца. Ведь это то, на чем, в основном, ломается большинство. Стало понятнее как жить дальше, появилась уверенность, что не сорвусь.

Был немного шокирован предстоящим количеством записок – аж не менее 30 штук. Да делать нечего – надо выполнять. На сей раз решил не ехать в свой район (пока доеду - уже стемнеет). Просто пошел по проспекту Мира. Первые 20 штук я насобирал за 20 минут. Чем больше народа – тем лучше! Они сами к тебе идут! Только собирай! Процент откликов примерно такой же. Кто-то проходит мимо, а кто-то хочет искренне помочь. Действительно, по внешнему виду не угадаешь как к тебе отнесутся. Подошел к группе молодых людей не самого благообразного вида: стоят, пьют пиво, что-то обсуждают. Очень хорошо ко мне отнеслись! Долго рассказывали, как идти, удивились, что я так хорошо их понимаю (я же по роли глухонемой).

И тут же. Навстречу солидная пожилая пара. В очках. Ну, думаю, эти точно мои будут. Даже не взглянули! Что людьми движет? В общем, мой результат – 32 записки. Это те, кто мне ответил. Прошедших мимо не считаю.

День пятый - 18, 19 ноября 2006 г. (выходные)

Выходные прошли хорошо, скорее даже продуктивно.

Суббота
В субботу отлично выспался. Занимался логопедическими упражнениями. Произносил слоги перед зеркалом, следи за опаданием челюсти, взглядом, осанкой, «щелинкой».

На режиме молчания «вышел в свет» - пошел в баню. Своих-то я предупредил о своем режиме молчания, так что никакого удивления не было. Общался с помощью записок. Предупредил о том, что через неделю у меня будет очень медленная речь. Все относятся с пониманием. Не обошлось, конечно, без шуточек, типа «Серега знает, но не скажет» и «Что-то ты, Герасим, не договариваешь». Ну, друзьям можно, да и вообще, после опыта с записками очень легко к этому отношусь.

Дома мне постоянно задают неожиданные вопросы (жена). Они для меня получаются действительно неожиданными. Сначала думаю, что за фигню она у меня спрашивает? Потом доходит и я пытаюсь действовать, как учили: взгляд, руки, расслабление.

Воскресенье
Пошел «на записки». Наш район пустоват по выходным, поэтому поехал в людное место. Начинать, как всегда, было не очень легко. Но, после пятой записки, заставлять себя уже не пришлось. Приставал вообще ко всем встречным. Еще раз убедился в известной истине: легкость достигается многократными повторениями. В результате набрал 42 записки. В общем, все то же самое – кто-то пытается помочь, кто-то проходит мимо. В основном, помогают.

Вечером опять физкультура и логопедические упражнения. Расслаблялся, произносил перед зеркалом слоги и слова. Разобрал «с забалтыванием» 10 вопросов. В понедельник идем на вопросы. Немного беспокоюсь. Задать вопрос в нужном темпе – это не записку отдать. Но когда-то нужно начинать.

Кстати, подобные вещи – отличный способ борьбы с комплексами. Я где-то читал, что подобная психотерапия применяется толи в Японии, толи в США. Идет по улице человек в костюме, при галстуке, с портфелем, весь очень солидный и тянет за собой на веревочке консервную банку. И все на него смотрят. А это он так с комплексами борется! И пусть на него смотрят, какое кому дело? Если это дело пережить, уверенность в себе возрастает многократно. Ты понимаешь, что можешь гораздо больше! Главное – нет стеснения, нет страха, что «не так поймут». Это огромное подспорье в жизни.

День шестой - 20 ноября 2006 г.

Были зрителями на речевом экзамене. Сам процесс выступления мне понравился. Ребята говорили хорошо. Надеюсь, что после второго микрокурса, мы будем говорить так же. Чуть медленная, но уже вполне нормальная речь, с которой можно жить!

Странно, но никаких волнений по поводу предстоящего публичного выступления не испытываю. Знаю как нужно говорить, чтобы речь была плавной. Дело техники. Теперь технику нужно превратить в рефлекс. Мы же, по сути дела, обманываем свой собственный мозг, неправильный рефлекс заменяем на правильный. Удивила аудитория. Ребята, в общем, неплохо приняли, значит есть что-то человеческое и это радует. Хотя, конечно, даже если бы и улюлюкали, наверное, было бы даже лучше – условия-то экстремальнее. А наша цель – говорить правильно и хорошо в условиях максимально приближенных к боевым.

Поход на вопросы. Очень сложно. Люди практически не останавливаются. Бегут по своим делам… И я их понимаю. Когда я бегу с работы домой – попробуй меня останови! Здесь, наверное, тот же механизм. Зачем разбираться что хочет этот странный, с идиотской речью парень?

Очень понравилась тренировка речи с Машей. Девушка с выдумкой, обратила процесс в игру. И посмеялись, и потренировались, жаль было прерываться.

День седьмой - 21 ноября 2006 г.

Ну вот, прошел еще один день занятий. Сегодня осваивали интонация. Что ни говори, а ведь это великое подспорье! Если правильно интонировать, то речь приобретает совсем другую окраску. Был очень польщен, что мне за мою речь поставили пятерку. Что, действительно не утомляет? Значит, такую речь действительно можно полюбить. В оценках мне писали, что я волновался. Не соглашусь. Возможно, старался, чтобы все получилось, то есть сделать все по науке, отследить все известные «защиты».

Автоматизма пока нет, вот и приходится следить одновременно за пятью параметрами. Как летчику. А того волнения, от которого возникают запинки не было и в помине. Знаете, когда оно растет внутри тебя, а ты не знаешь как с ним бороться! Так вот, такого не было. А вот уверенность при выступлении на публике, когда знаешь, что ничто тебе не сможет помешать – незнакомое чувство – была. Сейчас моя задача – сохранить ее и приумножить. Посеять ростки – вырастить урожай.

Ходили на вопросы с Денисом. Произошел забавный эпизод. Наметили очередную «жертву» - ларечницу, что торгует мороженым. Мол, бежать ей некуда, справа холодильник, сзади стена, куда ей деваться-то? И амбразура зияет, да говорить надо. На амбразуру кинулся Алексей. Вопрос был по теме – про эскимо. Но не тут-то было! Ларечница не захотела сдаваться без боя и применила запрещенный прием – закрыла амбразуру загородкой, прервав коммуникативное сообщение. Потом, когда мы отошли на безопасное для нее расстояние, высунулась из своей будки и облаяла нас. Вот что делают с людьми сводки криминальных новостей. В общем, посмеялись.

Пошел на вопросы по своему району. Удивительно, но мне не отказал никто! Все десять человек, к кому я приставал, стояли и слушали, смотря мне в глаза. Каждый что-то отвечал. Правда, я изменил тактику. Не ошарашиваю человека, столкнувшись с ним нос к носу, а останавливаюсь метров за десять и смотрю ему в глаза. Конечно, вы спросите: какие в сумерках за десять метров глаза? Дело в том, что человек идет по своим делам, видит тебя на своем пути, пытается понять что это такое, нет ли какой угрозы? К этому моменту уже подходит к тебе совсем близко и смотрит тебе в лицо. Вот здесь вы и встречаетесь глазами. Ты начинаешь свое повествование, и, если интонация не отталкивающая, он тебя слушает.

Дома звонил по телефону, звонки не считал, но думаю, что сделал не менее пятнадцати. Кто-то дослушивал до конца, кто-то бросал трубку. В общем, все, как обычно.

Понемногу учусь терпению и прощению. Отрицательная реакция все еще немного раздражает, но уже не в такой степени, как раньше. Тренировки перед зеркалом, произнесение текстов с соблюдением правильной длины дорожки (ну старался) и акцентов. Жена слышит такую речь впервые и она не кажется ей ужасной. Значит, видимо, я на верном пути. Честно скажу – оптимизма прибавилось. Пожалуй, за долгие годы не думаю о том, как скажу. Стал меньше волноваться.

День восьмой - 22 ноября 2006 г.

Что может помешать мне довести лечение до конца?
Откровенно говоря, на данном этапе, я не понимаю, что может помешать мне. Надеюсь, то, что помешает – не случится. А если жизнь будет продолжаться так, какой она является сейчас, то причин для срывов нет. На работе все поймут и переживут, в институте – тоже, ну а про семью и друзей я не говорю – это само собой.

Конечно, сначала были сомнения по поводу периода первоначальной речи, но сейчас уверенность укрепилась и сомнений больше нет. В конце концов, медленная речь – это лекарство. А кто же будет возражать против того, что при недуге люди употребляют лекарства? Да! Другая форма лекарства, ну и что? Я сейчас не буду рассуждать о том, в какой форме бывают лекарства. Медленная речь – не самая страшная форма. Ну, с этим более-менее понятно…

Ходили на вопросы. Марина меня раскритиковала. Сейчас я понимаю, что она права. У меня действительно прыгают пальцы. Постараюсь уделить этой технике больше внимания. Только сейчас прочувствовал, что именно большой палец открывает рот, а не палец следует за ртом. Конечно, я и раньше это знал, но поскольку нюансов все-таки много, по-настоящему этим не проникся. Сейчас проникнусь. Ничего не могу с собой поделать – жалею людей. И так уже остановился, слушает – поневоле убыстряешься. Да, да, все помню, все понимаю, люди – это наши тренажеры и надо думать только о том, чтобы соблюсти технику. Понимаю, что это – моя ошибка. Буду изживать.

Когда после вопросов делал свой маленький доклад, то совсем не волновался. Мог бы долго говорить, если бы не остановили. Со звонками тоже получилось не очень здорово. Дослушали вопрос до конца, не бросив трубку, человека, наверное, три. У остальных терпения не хватило. Но норму я выполнил, 25 вопросов и звонков (не считая тех, что сделал с Мариной) я сделал.

День девятый - 23 ноября 2006 г.

Сегодня ходили на диспут. Ощущения невероятные. Когда рассаживались за столы, поймал себя на мысли, что совершенно не боюсь («А вдруг что-нибудь спросят?»). Сколько раз я так рассаживался и меня преследовала одна и та же мысль. И один и тот же страх. А сегодня не боялся. И это было приятно. Волнение было. Но это не то волнение, от которого сковывает все тело, а волнение – желание поскорее в бой! Вызвался, естественно, первым, не утерпел.

Четкого плана выступления у меня совсем не было. И специально его не стал заготавливать. Было интересно, а смогу ли вот прямо так, без подготовки? Импровизировал на ходу. Да и что, собственно, заготавливать план про то, о чем думаешь каждый день столько лет?

Конечно, я допустил много технического брака. И дорожка, и «щелинка», и пальцы, и расслабление. Буду над этим работать. Очень хочу сделать такую речь для себя естественной. Пока не получается. Не привык, мало времени прошло. Помню, Денис на вопросах рассказывал. Покупаю я, говорит, что-то в магазине на медленной речи. Все купил, а сам думаю, что это продавец на меня так странно смотрит? Потом дошло, что я же на медленной речи говорю! То есть он (Денис) даже перестал замечать, что говорит медленно! Вот это вжился в образ!

Главное, что я вынес с диспута – это ощущение того, что я МОГУ! Пусть пока так, медленно, но ведь без запинок. Очень важный психологический момент. Все эмоции вылил в отчет о диспуте, но переоценить то, что произошло невозможно. Это первое публичное выступление без заикания за последние 30 лет (тосты не считаются)!

Очень благодарен всем проголосовавшим за меня ребятам. Благодарю за доверие! Ваше признание дорогого стоит. Расцениваю это, как стимул для работы. Чтобы, как говорится, начать и углубить. Теперь я просто не имею морального права сорваться. Хотя, и не планировал.

Ребята на выступлении волновались (и я в том числе). Да и как не волноваться? Это же пружина, которая сжималась не один десяток лет. По-моему, главное – это то, что мы знаем, как с этим бороться. Главное – техника. Будет техника – придет и мастерство. Освоишь основные веши – будет на что опереться при импровизации. Это справедливо для любого дела. Хоть для волейбола, хоть для управления страной, хоть для исправления заикания.

День десятый - 24 ноября 2006 г.

В 10-00 встретились у метро «Алексеевская», пошли на вопросы. Процесс контролировал Денис. Должен сказать, что он молодец. Толково руководит группой, понимает, что большая толпа – это минус, да и опытом делится по ходу дела. А его опыт для нас бесценен.

Мои достижения

Ощущение спокойствия, отсутствие боязни речи, отсутствие привычных уловок, уверенность, что заикание исправимо; ощущение надежды, что дальше будет только лучше; спазмов нет.

Могу говорить со всеми и везде на медленной речи.

27 ноября 2006 г.

Ну вот, сегодня на работу. Все думал: как отнесутся? Умом-то понимаешь, что народ нормальный кругом и люди взрослые, но где-то глубоко сидит мысль: а вдруг кто-то втихомолку смеяться начнет? Или, не дай Бог, жалеть начнут.

С утра, как обычно, массаж, контрастный душ, никаких зарядок (с утра это вредно, полезны только растягивающие упражнения), после завтрака, перед выходом – аутотренинг…

Еще в пятницу sms-кой предупредил девчонок в отделе, что, мол, внимание, говорить буду медленно, не напугайтесь без привычки…В общем, почву подготовил. Пришел, поздоровался жестами, первым делом сел писать сообщение по e-mail: мол, так и так, речь у меня сейчас будет вот такая, ничего не поделаешь, лечусь. Все объяснил. Ну, народ меня поддержал! У кого одноклассник так лечился, все (ну, почти) мне желают удачи, терпения, высказывают восхищение, что взялся за такое дело. Короче, приняли это известие хорошо.

Ну, в работе дурдом – две недели не было меня, сразу столько нюансов свалилось, голова кругом..
Но стараюсь держаться, повесил перед глазами памятку: Не ускоряться! Акценты! Интервалы!
Ну, и все в таком духе. Стараюсь, стараюсь следить. Щелинка, по-моему, выскакивает уже автоматически.
Вечером по пути с работы поймал семерых, задал вопрос. Дома занимался. В конце занятия снял себя на фотоаппарат (на видео), потом посмотрел, заметил, что иногда первый слог уходит вверх. Надо поправиться.

28 ноября 2006 г.

Уже полегче, потихоньку вхожу в рабочий ритм. Хотя, выспался так себе, не очень.
На работу опоздал. С утра, как обычно, начинается дурдом. Сказывается мое отсутствие, накопилось.

Сегодня ходил к нашей большой начальнице. Помните, про которую рассказывал? Которая торопила меня, а я запинался? Вот, с ней общался, она тоже была предупреждена. И, знаете, чувствовал себя с ней совершенно спокойно. Знал, что могу говорить что угодно. И она ко мне, мне показалось, как-то человечнее, что ли, стала относиться.

Был сегодня любопытный эпизод. Дала мне начальница задания. Немного не по моей теме, но делать-то надо. В общем, разобрался я, надо идти докладывать. А дело уже под вечер, и куда-то она уезжала… другое время я бы мучался, идти не идти, ждал бы вызова. А сегодня даже мысли не возникло! Встал и пошел. Доложился как мог. Но без запинок. И все это абсолютно спокойно, без потных рук и сердцебиения. Хорошо…

Возникает мысль. И я ее думаю. Понимаю, что могу говорит все на медленном темпе. И вот пытаюсь представить себе, смог бы я то же самое говорить быстро? И чувствую внутри привычный предательский холодок. Понимаю, что не смогу. А вот медленно – хоть перед всем народом.

29 ноября 2006 г.

День третий на работе на медленном темпе. В общем, все нормально, привыкаю. Но до окончательного привыкания еще далеко. Впереди еще месяц. Особенного дискомфорта не испытываю, но как-то неудобно. На работе ритм бешеный, беготня, звонки. Все так же сдерживаюсь, стараюсь соблюдать темп.

Некоторые люди звонят мне (не предупрежденные), очень удивляются: А что у тебя с голосом? Спрашиваю: Может с темпом? – Да нет, с голосом.

Темп их не пугает. Голос и правда глуховат. Может, потому что много молчу? Ну, пишу им по мейлу, объясняю.
Сегодня немного не сдержался, вырвалось одно слово. Слишком темпераментная дама пыталась договаривать за меня. Ну, я и не выдержал: Дослушайте!

Правда, медленно, но без руки.
Работы все еще много, снова устал. Решил сегодня во чтобы то ни стало пойти на вопросы. По дороге от метро поймал 17 человек. Ни одни не прошел мимо. Ну, выгляжу на работе я прилично: портфель, галстук. Останавливаются, доверяют. Настроение, в общем, хорошее. Впереди выходные…Основное, что меня заботит – это скорость (не ускоряться) и правильная работа рук.

30 ноября 2006 г.

День, в общем, прошел как обычно. С утра и до обеда – беготня и суета, потом уже полегче, все становится более размеренным, привыкаю.

Настроение, в общем, неплохое. Пока не могу сродниться с медленной речью. Тяжеловато. Дома, когда занимаюсь, то все каноны, как мне кажется, соблюдаю. А вот когда приходится говорить что-то на работе – невольно ускоряюсь иногда.
Сегодня показал в отделе правильный темп. Все сказали: Ого!
Типа, не так-то это просто, а скорее даже совсем непросто.

1 декабря 2006 г.

Вот и прошла неделя. Самая первая, самая трудная. Все уже все знают, в том числе и в 15-ти городах России. С кем-то поговорил, остальным выслал сообщение-предупреждение.

Говорю медленно и плевать. Все желают удачи, желают выздоровления. Будто я болею. Я сам раньше так думал. Я же не знал, что это привычка. Всем ребятам, безусловно, спасибо.

В беготне, как обычно, иногда ускоряюсь. Сегодня девчонки в отделе: Серега, не ускоряйся! Ты нам медленнее показывал! Я же им показал вчера, как надо. Потом сообщения им разослал, мол, девчонки, продолжайте в том же духе. Если заметите, что говорю быстрее – говорите сразу. Объяснил им про дорожку, зачем все это нужно. Заверили, мол, даже не сомневайся, от нас не скроешься. Благодарен им от души.

Вечером с работы ухожу, говорят, ну, давай, попрощайся, как положено. Я, конечно, по все канонам… Вообще, говорю очень мало. Единственное, что не получается – это 100 вопросов в день. На работе, ну честное слово, не до этого. С утра и до обеда – дурдом, потом спокойнее, но все равно, работа всегда есть. Стараюсь наверстать вечером после работы. Не очень наверстывается.

Пока шел от метро до дома, поймал 14 человек. Снова пришлось тащить себя за шиворот. Все-таки нет еще полной отрешенности, начинать страшновато.
После пятого-шестого вопроса барьер падает, становится легче.

Останавливаются все. Наверное, внешний вид работает. Тепло, я хожу в плаще, с портфелем, галстук виден, люди видят, что, хоть и говорит ТАК, но что-то здесь не то…
Хотел сделать первый звонок Денису. Сел на троллейбус. Как раз народу много, не шумно в троллейбуме…Настроился, звоню. Денис недоступен. Сорвалось…

Вышел, пошел пешком. Думаю, хоть вопросы еще позадаю. Пристал к двум подросткам – мальчик с девочкой. Ну, я им: Ска-а-а-а-а-ажите…
Заулыбались, смешно им стало, глаза отвели…Не встречались с подобным, удивились!
Пришел домой, поподтягивался хорошо, душ контрастный…
Два дня выходных – благодать! Пятница, вечер – это нам даровано за то, что встаем рано по утрам.

2, 3 декабря 2006 г.

В субботу хорошо выспался, встал не рано…Настроение было очень хорошее. Вот только погода… Позанимался упражнениями. Расслабление, звуки, акценты…Пока все получается, на мой взгляд, никаких запинок нет даже на горизонте.

Из троллейбуса позвонил Денису.
Почувствовал интересную вещь: думаю, что вполне могу говорить быстрее. Не на обычном темпе (на нем запинки неизбежны), а на чуть замедленном и с рукой. Конечно, я не экспериментировал, все понимаю, просто описал свои ощущения. Интересно, что даже, пытаясь в мыслях говорить на быстром темпе, чувствую, что будут запинки.
Ребята интересуются, долго ли мне еще так «мучиться», объясняю, говорят: Ого!

Но все поддерживают.
Интересный случай произошел вчера на работе. Одна девушка, с которой я работаю уже два года, сказала мне следующее: Ты же нормально говорил, зачем ты ввязался во все это дело? Я себя на твоем месте не представляю…Это же ужас! Я бы не выдержала.

Зачем так мучаться?
Меня удивила фраза: Ты же нормально говорил.
Неужели два года не замечала? Это она со мной два года просидела. А кто не общался со мной так тесно, наверное, вообще не понимают ничего. Ну, это так, мысли по поводу. На ход дела, конечно, не повлияет.

Воскресенье было замечательным. Очень хорошо выспался. Вечером тщательно позанимался, почитал. Потом – на турник… Завтра новая неделя, есть радость – первый микрокурс. На шаг ближе к нормальной речи. По поводу выступлений никаких волнений не испытываю. На таком темпе могу выступать где угодно. Вот на более быстром – это проблема. Ничего, осилю потихоньку.

4 декабря 2006 г.

День на работе начинался хорошо – все было тихо и спокойно. Ничто не предвещало беды. Смеркалось. Как у Задорнова. И во второй половине дня началось…Этому дай, этому дай, да всем срочно. В общем, пообедать удалось только часа в четыре.

На работе большей частью помалкивал, да и говорить особенно было не нужно. Но очень трудно сдерживаться, чтобы не ускоряться. В этом смысле гораздо легче тем, кто не говорил вообще никак. Они на медленном темпе могут говорить, в этом их спасение. А если ты, в принципе-то, говорил более-менее (некоторые и не замечали), то все же трудно выдерживать правильный темп. Потом, не все люди понимают медленную речь, начинают переспрашивать, договаривать…Такие вот бытовые трудности.

Вечером решил позвонить из троллейбуса Денису. Пришлось пожертвовать вопросами. Пока с ним поговорил – проехал почти три остановки, и почти приехал.

Дома выполнял упражнения и читал вслух. Стараюсь чтением с выдерживанием правильного темпа погасить тот вред, который причиняет мне торопливость.

5 декабря 2006 г.

День прошел как обычно, в работе.
Вечером пошел на вопросы. По дороге от метро поймал 14 человек. Чувствую, что с рукой и на медленном темпе могу говорить везде. Пришло стойкое ощущение «костыля», с которым не страшно. За эти три недели почти забыл, как говорил раньше…

6 декабря 2006 г.

Время от времени в отделе возникают вопросы: И долго тебе еще так? А нормально можешь? И не срываешься? Ах, ах…Ну, к концу месяца мы уже привыкнем…

Диспут прошел очень интересно. Изо всех сил пытался сдерживаться, держать темп. Но бил копытом. Распирало от невысказанного. Готов был спорить с каждым аргументом с противоположной стороны и говорить долго по любому вопросу, но нужно было дать высказаться и другим участникам. Другие тоже хочут.

Вообще серьезных аргументов не встретил. Кстати, оглядываясь назад, и от себя не в восторге. Можно было найти высказывания и посерьезнее. Но мыслей-то – громадье! И все просятся наружу.

Но главное это то, что я почувствовал, что говорю и успокаиваюсь. Если перед диспутом было какое-то волнение, даже наверное не волнение (мысли, что не могу сказать не было и в помине), а нечто вроде привычки бояться больших собраний, если знаешь, что придется говорить (куда рефлекс-то девать?), то, как только начинал говорить, оно исчезало. Я читал б этом эффекте у занимающихся по этой методике людей. Вот, посчастливилось испытать это на себе.

7 декабря 2006 г.

Выступление в школе. Немного волновался. Но это было, скорее, волнение по поводу того, что материал, в общем, не очень короткий, а уложиться надо в определенное время. Поэтому нужно найти такие фразы, которые и тему раскроют и будут поддерживать мало-мальский интерес у школьников, никогда не слышавших про Эйлера.

В общем, отстрелялся. Заметил, что начал торопиться. Снова короткая дорожка и несоблюдение интервалов. Эх, погубит меня торопливость!

Снова отметил тот факт, что говорю и успокаиваюсь. Значит, какой-то рефлекс уже наработан.


Наверх